Первые заморозки и последние яблоки

Прогноз обещал плюс один, а термометр на крыльце в семь утра показывал минус два. Трава хрустела под ногами, бочка с дождевой водой затянулась тонкой коркой льда, а вороны на берёзе сидели нахохлившись и молчали, что для них большая редкость.

Значит, сезон закончился. Можно перестать делать вид, что «ещё недельку постоит», и заняться тем, что откладывал весь октябрь.

Антоновка

Старая яблоня у забора в этом году дала столько, что ветки пришлось подпирать досками. Летние сорта давно съедены и сварены, а антоновку я всегда снимаю последней: после первого холода она становится заметно слаще. Сегодня сняли последние три ящика.

Самые ровные яблоки без вмятин заворачиваю в газету и убираю в погреб, остальные идут на пастилу и мочёные яблоки. Мочёные — рецепт бабушки, с листом смородины и ржаной мукой. Через месяц проверю, получилось ли.

Яблоко, которое упало само, хранится хуже сорванного. Это я знаю с детства и всё равно каждый год собираю падалицу «на всякий случай».

Что укрыл

• Розы. Окучил торфом и накрыл лапником. Две плетистые сняли с опор и уложили на доски — в прошлом году так пережили зиму без потерь.
• Клубнику. Только мульча из соломы, её укрывать незачем.
• Молодую грушу. Обмотал ствол сеткой от зайцев. Прошлой зимой они обглодали кору до самой земли, и груша полгода приходила в себя.

Что не успел

Не выкопал георгины — клубни, скорее всего, ещё целы, достану завтра. Не перекопал грядку под чеснок, так что чеснок в этом году будет весенний. И снова не собрался обрезать смородину: пусть это будет задачей на март.

Вечером растопил печь, сварил компот из последних яблок и записал в тетрадь, что и когда сажал. Удивительно, как быстро забываются даты: я был уверен, что огурцы посадил в конце мая, а по записям — шестого июня.